Добавить кнопку:

Для сохранения настроек необходимо авторизоваться.

Ещё не являетесь участником системы "Вход"?

Регистрация занимает всего 35 секунд!

facebook Google Живой Журнал @MAIL.RU Одноклассники RuTube Twitter Вконтакте Яндекс YouTube

Петрозаводск ГОВОРИТ → Мужчина чуть не зарубил соседа, но полиция не стала возбуждать дело

13 января

Петрозаводчанин Евгений (имя изменено), заходя в подъезд своего дома, теперь держит наготове газовый баллон. Он и его подруга всерьез боятся за свою жизнь и раздумывают, не пора ли обратиться к психотерапевту. Причина – кошмарный инцидент, произошедший в конце ноября. Тогда в квартиру к Евгению ворвался незнакомый мужчина с топором. Он чуть не зарубил молодого человека и его девушку. Отбиваться пришлось столом, в котором осталось несколько пробоин, а сам Евгений получил рану на руке: топор был хорошо заточен.

Но полиция Петрозаводска посчитала, что никаких оснований возбуждать уголовное дело и наказывать виновного нет. Более того: для правоохранительных органов было неочевидно, что преступление, вообще, имело место.

Все произошло в ноябре 2020 года. Незнакомый Евгению мужчина стал по неизвестным причинам наведываться к его квартире. Первый раз Евгений открыл незнакомцу дверь и спросил, что тому нужно. Ответа не последовало: визитер смотрел в одну точку и молчал. Но молодой человек обратил внимание, что незваный гость был одет в халат и шлепанцы  – следовательно, является его соседом. Через несколько дней мужчина пришел снова. Он снова был в халате и снова никак не объяснил причину своего появления. Евгений попросил его больше не приходить.

– Я думал, что человек просто выпивает и периодически ошибается дверью, – вспоминает молодой человек.

17 ноября в восемь часов утра в квартиру Евгения опять позвонили. Он уже догадался, кто бы это мог быть, и открывать не стал. Но через двадцать минут в квартиру начали ломиться по-настоящему. Молодой человек подумал, что назойливый сосед пинает дверь ногами, и решил прогнать дебошира. Однако, открыв дверь, Евгений увидел в руках у незнакомца топор.

– Тут все завертелось. Он ворвался к квартиру и начал бить меня топором. Один удар пришелся по руке, но я в пылу даже не заметил. Я уворачивался, защищался чем мог. Схватил стол, он его разбил, потом отбивался велосипедом. Причем все это он делал молча; я до сих пор не знаю, как его голос звучит,

– рассказывает молодой человек.

За спиной Евгений кричала от ужаса его подруга. В какой-то момент нападавший остановился, опустил топор и пошел восвояси. Следить за ним молодой человек по очевидным причинам не захотел, но заметил, что агрессор отправился на другой этаж.

Разумеется, Евгений вызвал полицию. Прибыл наряд, осмотрелся, взял объяснения и уехал. Позвонил участковый, и Евгений настоял на том, чтобы полицейский приехал на место происшествия. Потерпевший рассказал все, что знает, тщательно описал облик нападавшего.

Конечно, Евгению было интересно, что за человек ворвался к нему в квартиру и чуть его не убил. Он попросил записи с камер видеонаблюдения (позже выяснилось, что полиция за этими записями даже не обращалась). Поговорил с соседями, и одна из соседок вспомнила, что видела похожего по описанию мужчину на балконе под квартирой Евгения. Молодой человек всю информацию передал участковому; тот узнал имя жильца и нашел его профиль в социальной сети.

И, судя по рассказу Евгения, это единственное действие, которое произвела полиция по данному происшествию.

Через несколько дней агрессор снова пришел к квартире своей жертвы – правда, уже без топора. Евгения дома не было, но сосед по лестничной площадке вызвал полицию. Приехал наряд. Мужчина все это время стоял, глядя в одну точку. Добиться от него ответов полицейские не смогли и вызвали психиатрическую бригаду. Мужчину увезли в Матросы. Там у него диагностировали острое психическое расстройство; в общем, это было предсказуемо.

А еще через несколько дней Евгению пришел отказ в возбуждении уголовного дела. За время доследственной проверки, которая заняла десять дней, полицейским «не представилось возможным получить достаточные данные, указывающие на признаки преступления».

Да, уважаемые читатели! В постановлении об отказе прямо так и написано. Правда, это уже в конце; а в начале человек, составлявший документ, тщательно и добросовестно описывает весь ужас, произошедший в квартире Евгения 17 ноября. И про то, как безумец вломился в чужое жилье. И про удар топором по руке. И про то, что потерпевший «испытал реальную угрозу за свою жизнь и здоровье, а также за жизнь и здоровье своей сожительницы».

Описан и разгром, учиненный в квартире Евгения. «Царапины и вмятины на входной двери, сломана ручка входной двери, сломан журнальный стол, разбито стекло на двери в ванную комнату, вмятины на стене от топора, повреждена ручка тормоза на велосипеде». Все это полицейские увидели. А признаков преступления – нет.

Отказник датирован 27 ноября. Десять дней – стандартное время доследственной проверки, однако при необходимости срок можно увеличить до 30 дней, а исключительных случаях проверку можно и продлить. Всего этого полицейские делать не захотели.

Как следует из документа, полицейские не стали возбуждать уголовное дело по статье 119 – «Угроза убийством». Но сосед Евгения не угрожал ему убийством – он, судя по всему, пытался его убить, и это уже отдельное преступление, куда более тяжкое. А еще в Уголовном кодексе есть такая статья, как порча имущества. А еще – незаконное проникновение в жилище (по ней сейчас пытаются привлечь известного оппозиционного политика Любовь Соболь). Покушение на убийство и проникновение в жилище – это вообще зона ответственности Следственного комитета, куда полицейские могли и должны были передать материалы. Короче, по этому делу было куда работать. Но зачем?..

Юрист Наталья Чернова говорит, что отказной материал «завернули» в прокуратуре, однако ни она, ни ее доверитель Евгений соответствующих документов не видели.

Можно предположить, что полиция не стала возбуждать дело, поскольку у нападавшего – психическое заболевание. Люди, совершившие преступление в невменяемом состоянии, не подлежат уголовной ответственности. Однако данный факт могут установить только эксперты, и в этом случае суд отправляет человека на принудительное лечение. А значит, без расследования и суда все равно не обойтись.

Сейчас Евгений и его подруга живут в постоянном страхе. Они не знают, где находится сосед, ворвавшийся в их квартиру. Он до сих пор на лечении? Или его уже отпустили, и он куда-то уехал? Или он никуда не уезжал, и завтра утром придет к их двери снова – с топором или ножом? Переживания и ужас от пережитого привели к нервному срыву.

– Мы планируем обратиться к врачам, потому что всё это повлияло на наше психическое состояние. Я первую неделю вообще не спал… И до сих пор ходим, боимся. Купили себе баллончики… Этот человек может в любой момент появиться снова, ведь полиция ничего не делает,

– говорит Евгений.

***

Буквально на днях стражи порядка отчитались о том, как эффективно они борются  с преступниками. Конкретно – с экстремистами. Негодяи демонстрировали в соцсетях нацистскую символику, возбуждали ненависть и унижали человеческое достоинство. Мы целиком и полностью осуждаем подобные правонарушения. Но вот ведь риторический вопрос: кто опаснее для общества – девушка, которая репостит запрещенные материалы, или мужик, размахивающий топором в чужой квартире? Всё ли в порядке с приоритетами в российской правоохранительной системе?

Как порталу «Петрозаводск говорит» рассказали в МВД Карелии, уголовное дело по факту нападению на Евгения все же возбудили – правда, лишь 5 января.  Агрессору инкриминируют угрозу убийством. А как же покушение, порча имущества, проникновение в жилище с применением насилия? Ответ такой: «В настоящее время проводятся дополнительные мероприятия, направленные на установление иных фактов противоправной деятельности». Что ж, оперативность следственных органов иногда просто поражает.

Впрочем, специалист, близкий к правоохранительным органам, рассказал порталу «Петрозаводск говорит», что эта история не так проста, как кажется на первый взгляд – именно с правовой точки зрения.

– Покушение – это ситуация, в которой преступление не было доведено до конца по не зависящим от злоумышленника обстоятельствам. Это, на секундочку, цитата из Уголовного кодекса. Иными словами, если бы нападавшего задержали, или обезоружили, или жертва сумела бы убежать, можно было бы говорить о покушении. В данном случае мужчина опустил топор и ушел. Как бы странно это ни звучало для обывателя, но это – добровольный отказ от совершения преступления.

Далее. Та статья, по которой в итоге возбудили дело – угроза убийством, – предполагает, что, разумеется, должна иметься угроза. И обычно в подобных случаях люди действительно выкрикивают всякие угрозы: «Я тебя сейчас убью, голову оторву!» – и так далее. Но в данном случае человек психически болен, и он действовал молча, что, можно сказать, уникальная ситуация. И как возбуждать дело об угрозе убийством при отсутствии непосредственно угроз, я не знаю.

В этой истории все усложняется тем, что нападавший болен, он действовал странно, и это усложняет квалификацию преступлений. Однако проникновение в жилище, кажется, действительно имело место, но это должен расследовать Следком. Ну и порча имущества налицо.

...Сам мужчина, напавший на Евгения, по нашим данным, по-прежнему находится на лечении. Впрочем, лечение это может и закончиться, и человек снова вернется домой. И, возможно, захочет проведать своих соседей, с которыми у него уже сложились столь тесные отношения. // Фото на главной странице: pixabay.com/ru

Другие новости:

Информационные партнеры:

Логин:
Пароль: