Добавить кнопку:

Для сохранения настроек необходимо авторизоваться.

Ещё не являетесь участником системы "Вход"?

Регистрация занимает всего 35 секунд!

facebook Google Живой Журнал @MAIL.RU Одноклассники RuTube Twitter Вконтакте Яндекс YouTube

 

Петрозаводск ГОВОРИТ → Затерянный Рим. Заонежье обетованное. История пятая

14 сентября

Проект осуществлен при поддержке туристической компании «Золотое кольцо Карелии».

Вполне себе приличная грунтовка несет нас из Кузаранды обратно в сторону асфальтированной дороги «Медвежьегорск-Великая Губа». По пути вновь встречаются старые дома, одиноко доживающие свой век. Вырозерский куст, который мы проезжаем, когда-то насчитывал 26 небольших поселений. И в каждом было немало дворов. Теперь здесь считают домами, а не деревнями. 
Где-то здесь и должен быть поворот на Рим. Само Заонежье порой называют русским Римом. А тут нате вам – деревня Рим, и прямо в Заонежье. Ну как не заехать, как не узнать, что за место такое, кто в нем живет, почему так называется. 

Как оказалось, не все местные знают, где же поворот на Рим. Тучная селянка-дачница машет в сторону: «Где-то там налево», мальчишки смеются в ответ и дальше летят на своих великах, так и не наградив нас ответом. 

И вот неприметный поворот. Вроде бы, сюда, но кто знает. Съезжаем с дороги, благо что дорожный просвет машины позволяет не бояться камней в траве. А трава такая, что и пешком идти не хочется. Высокая – коси не хочу. 

Все дальше пробираемся мы по лесной дорожке. То кусты, то мелкие деревья встают на нашем пути. Вот уж и не дорога перед нами, а лесная колея, спрятанная в траве. Все уже и уже она, все непроходимее.

Уж казаться стало, что сейчас камень появится с тремя стрелками и табличками про то, что потеряешь, если выберешь одно из направлений. Коня уж точно терять не хотелось. В общем, не может быть здесь никакого Рима! Глушь какая-то. Не туда свернули. Разворачиваемся. 

Давай еще немного проедем, а вдруг… - успокаивают мои спутники. – Смотри, вон там видишь, дом какой-то виднеется...

И, правда, справа от дороги, средь заросших полян вырос неказистый старый дом. Линии деревянного истукана давно потеряли прямоту. Подбоченился он, пригорюнился. Как старый белый гриб стоит в лесу – гнилой уже, но все еще гордый и величественный. А вокруг тишина, и только комары злые ругаются и сожрать норовят всех вокруг.

Поросло травой…
Подъехав поближе, замечаем старенький УАЗик, который спрятался в кустах. Видать, есть здесь души живые. 
- Кто такие? Чего надо? – резкий женский крик с хрипотцой прерывает наши раздумья. 
У крыльца появляются женщина и мужчина. Оба немолоды, одеты по-лесному, видно, что деревенские. Мужчина такой, что хоть портреты пиши – былинный персонаж. Сразу крестьяне вспомнились на старых фотографиях начала XX века. Наш фотограф Подгорный оживился и тихонько начал доставать свое оружие. 

Впрочем, все это мы разглядели уже потом. Пока же нас недружелюбно пытались спровадить восвояси. 
- Что надо, говорю? – не смолкает голос. 

- Экспедиция мы, делаем большой проект о Заонежье, - наш разговор первые минут пять был такой, что действительно хотелось уехать поскорее. Но потом женщина оттаяла и успокоилась. Мужчина, впрочем, больше молчал и задумчиво смотрел своими выцветшими глазами. 
- Вы не обижайтесь, просто места у нас глухие, всякие люди ходят, недавно нас ограбили, так что мы теперь настороженно относимся ко всем, - начала объяснять женщина. 
- А мы и не обижаемся. 

Николай Степанович Кузнецов и его супруга Наталья Сергеевна оказались единственными оставшимися жителями Рима. И да – этот самый дом и был единственным живым зданием некогда обитаемой деревни. Он и есть сегодня Рим. 

- Были соседи, да умерли все, - Николай Степанович показывает в сторону развалившегося дома поодаль. – А раньше большая деревня была. Еще в 1950-е годы два десятка домов стояло. Раньше и того больше. Детворы много бегало здесь. Часовня была вон там. Тракторист, который снес ее, на следующий день под телегу попал. Насмерть. Хорошая часовня была.

Когда Толвуйский совхоз здесь правил, были и свинарники, коровы, летняя дойка. Кипела жизнь. Поля косились. Сейчас уж лет пять никто не косит. Заросло все травой. Ни проехать, ни пройти. Никто сюда не заезжает, только ворье. Да вот вы еще приехали. 
- Вы-то здесь зачем живете, в глуши такой?
- Так мои места-то, родные. Я тут всю жизнь, - словно не понимая вопроса, удивляется Николай Степанович. –  Но дом просел уже, колодец обрушился. Зимой никак. Круглый год больше не живем здесь. Да и летом непросто. Был бы колодец, да чистили бы дорогу, мы бы отсюда никуда не уехали. Тут благодать. 
- А почему Рим? Для Карелии название необычное. 
- Да мы знаем, все удивляются. Потому что основал его еще в конце XIX века беглый революционер Решетков Иван Михайлович, - рассказывает Николай Степанович. – Вот по его инициалам и названа деревня. А этот дом его, кстати. Единственный и остался. Родители мои купили у наследников Решеткова. Больше 100 лет уже ему. 

Болото или пилигримы? 
Впрочем, история Николая Кузнецова, которая активно тиражируется, в том числе некоторыми СМИ, уже не один десяток лет, историческими фактами не подтверждается. Многие ученые связывают появление истории про революционера-основателя деревни с популярной в 1920-30-е годы модой на аббревиатуры. Да и сюжет о беглом солдате крайне популярен в фольклорной традиции. 
Из фактов можно сказать, что деревня упоминается в писцовых книгах с XVIII века, а то и раньше. Есть данные, что именно отсюда родом предводитель одного из самых кровавых крестьянских восстаний того времени Клим Соболев. 

Интересно в одном из интервью объясняла происхождение названия Рим известный карельский ученый-лингвист Ирма Муллонен. С ее слов, Рим – название прибалтийско-финское, в основе прибалтийско-финский географический термин räme или rieme, что значит болото, поросшее чахлым лесом. Деревня действительно находится на краю большого болота, которое называется Залебежский мох. 

Впрочем, и историю о ссыльном революционере никто не опровергает. Возможно, и был он этот революционер. У кого, в таком случае, купили дом родители Николая Кузнецова? Не приснилось же им все это. 
Сам Николай Степанович, к слову, подтвердил, что здесь действительно было большое болото, которое он сам, работая на мелиорации водителем, вместе с другими тружениками и осушил. 
Ну и чтобы окончательно вас запутать, расскажем про еще одну гипотезу основания заонежского Рима. По ней, деревня называлась не Римом, а Римы – от сокращенного Пилигримы. Как известно, так называли людей, которые искали лучшей доли на земле. 
Иными словами, карельский Рим не так прост, как кажется. Да и так ли важно, почему он так называется, ведь все три варианта хороши по-своему. 

А еще нам запомнились стихи про Рим, которые прочитала Наталья Сергеевна. Она их написала давно, точнее, с ее слов, они пришли к ней давно, нужно было лишь записать. Стихи трогательные, возможно, немного наивные. Однако искренние и грустные. 
- Их даже в журнале «Север» напечатали, - не без гордости сообщила женщина. И сходу начала читать по памяти. 

Я знаю заснеженный Рим, 
Где к дому одна лыжня.
По лыжне этой каждый день
Ходит Коля – туда, сюда
Та лыжня словно волчий скреп,
Да и логово то одно
Было много когда-то людей,
Да уехали все давно.
В этом Риме и я живу
Словно заново жизнь начинаю.
Край этот очень люблю 
И всегда по нему скучаю,
Высоко в небе светит луна,
Волчий вой совсем рядом у дома.
Коля прожил здесь жизнь один,
Это все для него не ново…

Или такое:

В нашем Риме сейчас тишина,
Шелестит под ногами трава.
Ветер кружит, листву срывая
А в деревне такой одна я.

Тихо топится банька внизу
По тропке к ней я иду
Красотою Рима любуюсь
Иногда грущу и волнуюсь
Только это все как награда
И этому очень я рада…

Мы расставались добрыми знакомыми. Пока общались, Николай Степанович успел выкурить несколько сигарет. Именно такой, с сигаркой в руке, суровый, хмурый мужик, со своими характерными морщинами и выцветшими глазами он и запомнился нам. Он как тот самый лесной дух врос в этот Рим, давно стал его частью, слился с ним в одно целое. Понятно, что наш вопрос о том, почему он не уезжает, вызвал у него удивление. Не может дерево уехать со своей земли. Его можно только срубить, убить то есть. Так вот и с этим дядей Колей, настоящим карельским римлянином.

Выбираясь обратно на кузарандскую грунтовку, мы благодарили журналистского бога за то, что застали хозяина этого дома, что дорога вывела нас к нему. А еще за то, что мы нашли Рим. Знали ли мы, что итальянские нотки еще зазвучат в нашем путешествии? Впереди нас ждал самый настоящий Милан. А еще удивительная деревня, которой нет ни на одной карте, и в которой мы увидели полноценную художественную галерею и даже самого настоящего художника. 

Фото Игоря Подгорного

Другие новости:

Информационные партнеры:

Логин:
Пароль: